СКАЗКА О МУЖИКЕ И ЖИНКЕ
(кавер-версия классики)
Жил мужик со своею бабёнкою. В паре милей от МКАДа - в Балашихе.
Жили-были в любви, да согласии. Помаленьку вертелись-крутилися.
Мужичок был таксистом-бомбилою, торговала жена ширпотребщиной:
Суперклеем, чулками и стельками, батарейкой, шнурком и брелоками.
Как-то раз мужичонке случилося подвозить богатея порхатого.
Далеко подвозил - в Шереметьево. Разболтались они, раскалякались.
Тот мужик оказался зажиточный - содержал он заправки бензинные.
И сказал он такстисту, как братушке - для души и для сердца: по-честному.
"Если хочешь, матросик, ты денежек, нужно быть башковитым, рассчётливым.
Надо взяться за жилу кормящую и с упорством идти к этой цели, нах.
Где допустишь слабинку, там учишься. Перегнёшь чересчур - так обломишься.
Но ты знай, нах: успех достигается. Не бывают усилия тщетными".
Подрулил мужичок до палаточки, приобрёл пол-литровочку "Праздничной".
И поведал жене о случившемся; рассказал ей как есть всю оказию.
А жена была баба сметливая, целиком всю картину прочухала.
Зачала она мужа воспитывать, за никчёмность и глупость охаивать.
"Это где же такое да видано! Мужики чтоб здоровые-умные
Свой талант понапраслину гробили? Всю дорогу пахали за грошики!
Это ж разве такое приемлемо, чтоб служил ты пройдохе слащавому?!
Чтоб тебя нагибал кто ни попадя! Чтоб тобой помыкали как шавкою!"
За пол-ночи продлилась дискуссия - балаболила тварь языкастая.
А мужик всё внимал, да помалкивал, опрокидуя стопку за стопкою.
Удалось ей задеть за достоинство, взбередить мужиковы амбиции.
Согласился со вздорною бабою и пошёл получать образованность.
Походил он на курсы вечерние, почитал всяку умную книжицу.
Из таксистов ушёл он, уволился. И устроился где-то как менеджер.
Днём он втюхивал разну продукцию, вечерами бонбил, подрабатывал.
И в квартирке ремонтец устроили, прикупили одёжу моднявую.
Как-то раз после секса, понежившись, говорит ему баба хитрющая:
"Отчего ж мы живём на окраине? Чёрти где - аж и выйти нам некуда...
И в ночи не гульнёшь - занасилуют; и по клубам ночным не шатаемся.
Неужели мне сгинуть в Балашихе, с красотою моею божественной?..
Кабы мы да в Москву б переехали, так зажили б тогда припеваючи.
Что ли нам здесь издохнуть предписано, окромя ничего не увидемши?.."
Мужичок над словами задумался... Согласился: права моя жёнушка.
Говорит она дело толковое. Надо жить посреди тиллигенции.
Делать неча. Клоповник свой сбагрили, в златоглавую жить переехали.
Стали ближе к культуре и обществу. В общем, сняли однушку на Войковской.
Жили-были: мужик дюже вкалывал - продавцом-консультантом пристроился.
Продавал телефоны мобильные, вечерами бонбил до полуночи.
А наутро вставал спозараночку, пробирался в заторах до офиса.
Нелегко ему деньги давалися, но он верил в Фортуну напористых.
Обсмотрелась жена телевизора, обчиталась журнальчиков глянцевых.
Захотелось ей стиля гламурного, чтоб угнаться за модой московскою.
Вроде жизнь потихоньку наладилась, а с подругами хвастаться не о чем.
И почуяв дичайшие завидки, обратилась к супругу с беседою.
"А не хочешь ты, друг мой, попробовать проявить себя как-нибудь в бизнесе?
Чтоб не быть на подсосах у дядечек, получая зарплату в конвертике?
Да неужто сие пресмыкательство не коробит твоё самолюбие?
Ты достоин, любовь моя, большего. Я в тебя, голубь мой, сердцем верую".
Показались мужчине те реченьки не лишёнными здравости логики.
Поразмыслив, утешился выводом: "Правду баба глаголит сермяжную.
Не к лицу мне ходить под начальником, выполняя его приказания.
Сколько можно на дядю горбатиться? Мне ж четвертый десяток... Позорище..."
Кое-как да и выкроил времечко - в институт поступил он заочником.
Изучал он ночами "как грамотно сотворить в корпорации менеджмент".
А наутро, вставая с будильником, утешал он себя: скоро сбудется.
Будем жить-не тужить, припеваючи. Поднажму и добуду нам счастьица...
Перестал он бонбить-полуношничать, дослужившись до босса-манагера.
И, с учётом зарплаты с комиссией, он оформил кредит на недвижимость.
Скоро в сказаках лишь дело свершается... А из жизни умчалось шесть годиков.
Мужичок одолел дело тяжкое: учредил сеть продажи конпьютеров.
Он погряз в этой кухне с головушкой: клиентура, реклама, инвесторы.
Но усилия были оправданы, бо вращал он деньгами сурьёзныма.
А евойная милая жёнушка наслаждалась житухой столичною
- В бутиках примеряла с подружками сандалеты, брульянты и сумочки.
Визажисты, массажи, солярии, парикмахер, психолог и сауна.
Всё как надо, чтоб стиль соответствовал. Чтоб престижно, удобно и фетишно.
Ведь недавно он с ней, с оборванкою, рассекал на "шахе" по Балашихе.
А сегодня джакузи в пентхаусе. "Гелендваген" с суровой охраною.
Пару деток родили - наследников. Разнополых - мальчонку и девочку.
Гувернанток наняли воспитывать, чтобы быт не испортил романтику.
Полетали в Европу, в Америку. Побывали в Тайланде и Индии.
И погрелись на пляжах, как водится - на Мальдивах, Майорках с Гавайями.
Подросли их детишки, освоились, да закончили школы с медальками.
В институты уехали модные: сын - до Оксфорду дочка - до Кембриджу.
И однажды жена ненасытная, будто жопой учуяв неладное,
После секса минутку улучшила и оформила думу глубокую:
"А не думал ли, друг ты мой сладенький, что тылы обеспечить нам надобно?
Может домик какой присмотрели бы, чтоб на случай нам было где спрятаться?..
Только климат желательно мягонькай: чтоб тепло, чтобы море и солнышко.
В Калифорнии виллу не плохо бы... Иль в коттедже… на Кипре там где-нибудь..."
Мужу мысль показалась недурственной. Он-то знал про дела свои мутные.
Про контракты с фиктивными фирмами. Про откаты с налоговой выплатой.
Тут ему подвернулось как под руку предложенье партнёра по бизнесу:
Закупить чёрным налом с Малайзии электроники крупную партию.
Провезли в агромадных контейнерах. Разгрузили на склад, растаможили.
Провернули афёрку нехитрую и продали дороже: раз впятеро.
Договорчик оформили липовый - без щелей, без сучка, без задоринки.
Отстегнули контрольному органу по закону - что им причитается.
В государственном органе служащий был не глуп, ибо знал те приёмчики.
На разумную просьбу не жадничать получил он в ответ возражение.
Тут пришёл аудит независимый - повсплывали детальки нечистые.
И состряпали дело судебное, объявив коммерсанта воришкою.
Не помог адвокат, как ни пыжился - наложили арест на имущество.
Погасили квартиркой задолжности, заморозили счёт, как положено.
Посадили на пост учредителя свояка - поумней, посговорчивей.
А его закатали в Бутырушку за хищения в крупных количествах.
Эх, ещё б лет пяток, да на волюшке - обзавёлся блатными бы связями.
Поякшался б с ворами, да быдлами и вписался бы в хату отдельную.
Не сложилось судьба бизнесменская, не сфортило на малую толику.
Лишь у входа стянули наручники, да пихнули в темницу тюремную.
Он вошёл, бегло зыркнув по камере, заприметил свободную шконочку.
"Ну, здорово, братва" только выцедил. И решил, что прописка оформлена.
Но смотрящий спросил: "Ты откудова?.. Обожди мельтешить, не представившись..."
Тут мужик покумекал секундою и рискнул быковать до победного:
"Я "Медведь". Может слЫхали, поцики? На счету пять убийств с расчленёнкою.
Ты притухни, хмырюга утробная. И отзынь, не то брыла покоцаю".
А смотрящий был ровный и правильный - он не стал гоношиться бакланкою.
Уважал он блатные понятия: беспредельщиков надо наказывать.
Он сказал: "Не гони, фраер, попусту. Мы ж не звери, мы люди неборзые.
Не мочи косяки – не запалишься, коли ботаешь феней пацанскою.
Чтоб не вскрыться пред нами тут фуфелом, покажи-ка нам синьку-наколочку.
Предъяви братанам отрицалово, сколько ходок, статью, за что чалишься.
Если дерзкий пацан – расчафиримся. Обмозгуем, как быть нам соседями…
Коли нет - за базары гнилушные ты ответишь пред хатой здоровьичком".
И не знал мужичок, что неправильно отрамситься пальцовкой дешёвою.
Он лишь думал, что силу пугаются. Прогибаются, видя агрессию.
"На кого ты базлаешь, дырявая? Мне не масть пред овцой обосновывать!"
- Мужичок на блатного набычился и замес приключился нешуточный...
Урка не был шестёркой трухлявою - пописал отморозка заточкою.
Наварил по таблу табуреткою, раскрошив ему грызла передние.
А потом разодрали рубашечку и увидели тельце холёное.
Посмеялись над торсом подкачанным и татушкой "плейбоя" на плечике.
По СИЗО вести быстро расходятся: объявили страдальца терпилою.
Прикрепили к нему погонялово "вафлесос" и чморили на полную.
Так и кончилась эта история: пассажир с петушнёю прожопился.
Почивал только рядом с парашею, как дозволено всем обфармаченным.
Так и стал пидорганом зашкваренным. Чепушилой с пробитой промежностью.
Был отослан на зону в Хабаровске, где протух очкодранцем подшконочным...
Горевала и жинка родимая. Причитала, стенала и плакала.
Лишь едва свою жизнь не устроила... Лишь чуть-чуть не хватило до счастьица...
И собрамши последние денежки, переехала жить она к матушке.
Недалече от шума столичного. В паре милей от МКАДа - в Балашиху.
Сострадали ей детки из Англии - там у них всё неплохо сложилося.
Присылали открытки красивые, выражали ей в письмах сочувствие...
Жили с мамой в хрущёвке двухкомнатной. Торговала жена ширпотребщиной:
Гуталином, прищепкой, да пемзою, фумитоксом и клейкою лентою.
И неведомо - впрок ли задумалась, что угробила мужа любимого.
Извела же соколика, алчная. Загубила ведь, сучка паршивая…
В ОГЛАВЛЕНИЕ
|
|